Насколько опасно России не иметь собственного производства фармсубстанций?

09.12.2014

На днях спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко подвергла жесткой критике реализацию программы импортозамещения, которой занимается Минпромторг. Выступая на парламентских слушаниях, она отметила, что за пять лет реализации программы не достигнуто никаких значимых результатов. Кроме того, сенатор указала на отсутствие производства отечественных субстанций и задалась вопросом, что страна будет делать, если в санкционные списки западных стран попадут лекарственные средства. Вопрос Валентины Матвиенко корреспондент «ФВ» Оксана Баранова адресовала экспертам фармацевтического рынка.

Генеральный директор АРФП Виктор ДМИТРИЕВ:

— Не секрет, что львиную долю субстанций мы закупаем за рубежом: в Китае и Индии. Закупает не только Россия, по большому счету  это мировой тренд. Китай стал глобальной фабрикой по производству фармсырья. С другой стороны, с учетом санкций, на многие вещи нужно смотреть под другим углом зрения, учитывая собственную национальную безопасность. Сегодня вероятность введения Китаем санкций в отношении России, учитывая политические мотивы, в принципе не рассматривается. Соответственно, нам ничего не грозит. Но у нас есть пример, связанный с проведением Пекинской олимпиады, когда по решению политбюро КПК все химические заводы в 30-километровой зоне вокруг Пекина были закрыты. И тогда мы почувствовали, что угроза теоритически существует. Конечно, олимпиады проводятся не каждый год и длятся не более двух недель, тем не менее такой тревожный звоночек был. Наконец, надо четко понимать, что фактически вся фармпромышленность — это частный бизнес. Государство участвует в работе по отдельным проектам, но не в большом объеме. Поэтому власть должна четко понимать, что если мы хотим, чтобы у нас развивалось собственное производство фармсубстанций, то оно должно быть рентабельным. Для этого надо создавать условия в виде преференций, налоговых льгот, каких-то барьеров для попадания в Россию импортных субстанций, которые производятся и на территории РФ. Бизнесу должно быть выгодно производить здесь субстанции, в противном случае никто этим заниматься не будет. Поэтому, для того чтобы уйти от угрозы срыва поставок субстанций, развитием его производства Минпромторгу необходимо заниматься системно и не сбрасывать со счетов лекарственную безопасность страны.

Директор Центра социальной экономики Давид МЕЛИК-ГУСЕЙНОВ:

— Разделяю мнение Валентины Матвиенко, потому что импортозамещение, которое у нас сейчас проходит, не классическое, а в виде локализации каких-то определенных участков производства ЛП. С одной стороны, есть риск того, что нам могут перекрыть кислород в плане субстанций, и мы будем вынуждены забыть обо всех технопарках, которые строим. С другой — нужно понимать, что внутренний российский спрос на субстанции не велик. И для мультинациональной компании гораздо выгоднее построить завод в Китае, где миллиард населения, чем в России. Ориентироваться лишь на российский, внутренний спрос крайне невыгодно для многих компаний. Именно поэтому они полноценно не локализуются в России, а запускают лишь отдельные участки по производству своих препаратов. Но и нельзя в этом вопросе перегибать палку — загнать всех в определенные условия, выстроить в ряд, при том что это будет никому невыгодно. Ведь если нет выгоды, значит, фармкомпания просто откажется от работы с этим ассортиментом. Доля российской продукции в мультинациональных компаниях составляет максимум 2%. Это небольшая потеря. Еще один момент, который необходимо учитывать, — социальная безопасность страны. Локализация, вероятно, станет более выгодна и эффективна, если начнет происходить в плоскости науки, а не железа, станков и технопарков. Если в России будут открываться западные лаборатории, развиваться НИОКР, о котором мы так долго мечтаем, то это принесет стране существенные дивиденды и действительно сделает Россию независимой от мировых фармдержав. Поэтому, на мой взгляд, думать надо о локализации мозгов, тогда нам ничего не будет страшно — ни вызовы других стран, ни санкции.

Заместитель генерального директора по развитию компании STADA CIS Иван ГЛУШКОВ:

— Валентину Ивановну, видимо, кто-то не полностью проинформировал. Мы же все понимаем, что санкции против России были введены ограниченным числом стран. И те страны, которые ввели санкции, вовсе не являются крупнейшими производителями субстанций, в том числе и для России. Наоборот, фармсырье производят те государства, с которыми у нашей страны на данный момент сложились наиболее теплые отношения. Я говорю и про Китай, и про Индию. Возможно, Валентина Ивановна знает что-то намного больше, и нас ожидают санкции со стороны Индии. Но насколько я понимаю, пока об этом речи никакой не было. Поэтому даже если европейские страны включат в свои санкционные пакеты ограничения по поставкам фармсырья, реального влияния на российский фармацевтический рынок это решение не окажет. Но это не значит, что не надо заниматься развитием отечественного производства субстанций. Производство фармсырья — это вопрос в первую очередь знаний, навыков, компетенций. Развитие этого направления подразумевает создание внутри страны реальной, работоспособной отрасли, и в целом для страны этот процесс был бы весьма позитивным. С другой стороны, если бы в настоящий момент фармацевтическим компаниям было бы выгодно участвовать в этом процессе, то они давно бы занялись производством субстанций. Ведь бизнес находится в постоянном поиске новых рыночных ниш, и если бы такая сфера, как производство фармсырья, была бы хоть сколько-нибудь интересна, она давно бы в России бурно развивалась.

Президент Общероссийской общественной организации «Лига защитников пациентов» Александр САВЕРСКИЙ:

— Пока не доказано, что у нас производят субстанции в необходимом объеме и необходимого качества, никакого серьезного импортозамещения быть не может. Свою позицию я озвучивал неоднократно, просил привести мне доводы в пользу того, что у нас в России есть адекватные замены лекарственных препаратов иностранного производства. Но ответа я так и не услышал. Я люблю свою страну, хочу, чтобы мы производили все самостоятельно, но ведь этого нет. Поэтому Валентина Матвиенко абсолютно права. С моей точки зрения, как юриста и правозащитника, решения, принимаемые правительством на основании доводов Минпромторга, приводят к нарушению прав граждан и проблеме доступности лекарственных препаратов. Я не возражаю против развития в России такой сферы, как производство фармсубстанций, но необходимо вначале это сделать, а уже потом реализовывать политику ограничений и запретов. Точнее, даже запрещать будет нечего, потому что наша субстанция по идее должна быть дешевле зарубежной. И я призываю государство активно участвовать во всей системе импортозамещения, потому что не секрет, что частный капитал в большой степени диктует потребность в тех или иных лекарствах. И если из бизнеса мы уберем фактор прибыли, как это было при СССР, когда государство не наживалось на болезнях людей, то даже с экономической точки зрения это будет выгодно для страны. Если программа импортозамещения будет реализовываться руками государства, а не частного бизнеса, то издержек в будущем будет несопоставимо  меньше, чем сейчас.

Вице-президент компании «Новамедика» по научной работе и регуляторным отношениям Михаил ГЕТЬМАН:

— В определенной степени я разделяю опасения спикера. При этом мы должны понимать, что сегодня 95% всех субстанций производятся в Китае и Индии — в странах нам дружественных, по крайней мере, на сегодняшний день. Поэтому я бы не счел, что эта ситуация на сегодня очень острая и болезненная. С другой стороны, она может меняться со временем. Понятно, что сегодня мы не сможем конкурировать с китайцами по себестоимости — они снабжают субстанциями весь мир, и масштаб их производства с нашим несопоставим. Но нужно отделять возможность производства субстанций от их фактического производства. В советское время было такое понятие — резерв военного времени. Тогда все фармзаводы имели законсервированные резервные мощности. В 90-е гг. они в большинстве своем были потеряны — перестроены или разрушены, поскольку находились на балансе самих заводов. Это касается фармпредприятий Саранска, Пензы, Кургана, Красноярска и Новосибирска. Вот эти мощности надо восстановить и поставить на баланс Министерства обороны или МЧС. Конечно, речь не идет о каком-то баловстве — нам не нужна субстанция для производства виагры. Но иметь мощности для производства антибиотиков, противовоспалительных и обезболивающих средств, безусловно, необходимо. Это вне экономики. Это вопрос безопасности. Кроме того, уверен, что в коммерческом секторе мы можем быть вполне конкурентоспособны в определенных нишевых продуктах, количество которых для всей планеты исчисляется не сотнями и не десятками тонн, а килограммами в год. Они требуют сложного химического синтеза, а у нас хорошая школа химиков и хорошие возможности для химического синтеза. Так что все реально.

Генеральный директор ЗАО «ВЕРТЕКС» Георгий ПОБЕЛЯНСКИЙ:

— Проблема импортозамещения лекарств гораздо шире, чем ситуация с производством отечественных субстанций. И начинать решать ее надо не с помощью выпуска сырья на территории РФ. Кроме субстанций, к примеру, есть еще производство готовых лекарственных средств, и компании, к которым относится и «ВЕРТЕКС», несмотря ни на что, строят современные заводы полного цикла и вкладывают средства в развитие фармотрасли. Поэтому мы ждем и от государства выполнения взятых на себя обязательств не только в предъявлении требований, но и в обеспечении инженерных сетей в так называемых фармкластерах, о которых председатель СФ также упомянула в критике работы Минпромторга. Вероятно, в своей речи она дала отсылку и к реализации проекта особой экономической зоны в Санкт-Петербурге. До сих пор на участке «Новоорловская» отсутствуют необходимые коммуникации и не подготовлены инженерные сети. При этом первую очередь завода на этой территории мы уже построили. Поэтому председатель СФ, безусловно, права, говоря о политике импортозамещения лекарств. Хочется увидеть на территории «Новоорловской» патриотичных людей и услышать их оценку ответственности и результата работы государства перед резидентами. И тогда, возможно, дело сдвинется с мертвой точки. Что касается непосредственно производства субстанций, то, как правило, это сложнейшие, вредные химические заводы в других странах. Но какая может идти речь об импортозамещении субстанций, если государство даже не может обеспечить условия для производства в России лекарств на импортном сырье?

Добавить комментарий
Комментировать могут только зарегистрированные пользователи
Регистрируясь, вы принимаете условия
Пользовательского соглашения